Восстать из пепла поп-музыки: интервью с Криспианом Миллсом

Ранее Kula Shaker возглавляли сцены Гластонбери, разбавляя своими фирменными индийскими мотивами хит-парады Оазиса и Блер, а теперь, наконец, они прервали несколько лет тишины новым отличным альбомом и мировым туром. Об этом и многом другом нам рассказал вокалист группы Криспиан Миллс.

Мы застали Криспиана в Москве, накануне их первого концерта в России.

– Итак, Kula Shaker наконец добрались и до России – как продвигается тур?
– Тур был просто невероятным, нас везде отлично встречали, но особенно отличились итальянцы: они удивительные певцы. Подпевали песню «Govinda» так громко, что нас самих не было слышно.

– Здорово, что долгий перерыв в деятельности группы не отразился на настроении фанатов. А сами Kula Shaker изменились?
– По странному стечению обстоятельств, мы стали звучать намного тяжелее, интереснее. Свежее, чем когда-либо. Это всех удивляет, даже нас самих.

– Значит, действительно многое изменилось?
– Конечно, как минимум у нас у всех теперь семьи и маленькие дети, которые мешаются под ногами, так что жизнь стала несколько иная. Уже не так-то просто записать альбом и поехать себе в тур, исчезнув на полгода. Но, по правде говоря, когда мы сошлись с группой, собрались в одной комнате, чтобы заняться музыкой – те же чувства и та же химия вернулись по полной. Что касается семейной жизни: отцовство, безусловно, сильно меняет ваш взгляд на мир и отношение к окружающим. Также оно вызывает очень галлюциногенное расстройство сна.

– Сейчас вы можете озвучить главную причину, по которой Kula Shaker решили прекратить играть вместе и причину, которая заставила группу воссоединиться?
– Работа поп-звезды напоминает работу проститутки. У тебя куча сутенеров, и в какой-то момент тебе просто приходится противостоять им, чтобы забрать бразды правления в свои руки. Мы – музыканты, а музыкант с поп-звездой имеет мало общего. Успех на поприще поп-музыки душит твое творческое начало, так что прошло совсем немного времени, и я нажал на кнопку катапультирования. Мы выпрыгнули за борт самолета за секунду до катастрофы. Когда же группа сошлась, у нас не было ни лейбла, ни менеджера, да и никому до нас не было дела. Все это стало подходящими условиями, чтобы восстать из пепла поп-музыки.

– Новый взгляд на старые вещи – эту фразу можно применить к последнему альбому? Он ведь не случайно получил название К2.0, это отсылка к дебюту группы – альбому К?
– В наше время перевыпусков и постоянных обновлений для разного программного обеспечения, мы решили, что будет неплохо слегка подшутить над названием альбома и выбрали такое. Но 20летие альбома К, безусловно, дало импульс для новой музыки, и, учитывая, что это такой весомый юбилей – ностальгия по тем временам кажется допустимой. Мы совершили полный цикл, закрыли его. Время не линейно. Как времена года, время движется циклично, и мы прошли полный круг. Вернулись к корням, вернулись к началу.

– Какую песню с нового альбома сейчас можете выделить как любимую и почему?
– Все песни мне как дети, так что любимчиков у меня нет. Но я думаю, «Mountain Lifter» и «Here come my Demons» стали весьма популярны среди слушателей, поскольку они весьма эпичны. А «Infinite Sun» and «33 Crows» звучат как беспринципная классика. В общем, весь альбом приняли очень хорошо, чему мы несказанно рады.

– На новом альбоме, как и на предыдущих, улавливается влияние индийской музыки. Ваша связь с культурой этой страны все еще сильна?
– Это не просто влияние. Древняя Индия – это неотъемлемый аспект наших личностей. Это отражается на всем: на музыке, на словах… Даже на нашем райдере и еде, которую мы заказываем бэкстейдж.

– Во время перерыва Вы увлеклись киноиндустрией и написали сценарии для нескольких экранизированных фильмов. Планируете продолжать эту деятельность?
– Ну, этим делом я все еще занимаюсь. В основном пишу, у меня много проектов на стадии развития, в том числе еще один фильм с Саймоном Пеггом (Криспиан был автором сценария для фильма «Фантастическая боязнь всего», где Пегг сыграл главную роль – прим. ред.). Создание фильмов требует огромных усилий и гигантских денежных вложений. Ледники движутся быстрее, чем снимается кино.

– А если бы бюджет и возможности были неограниченными, что бы хотелось снять и кого выбрать на главные роли?
– Я бы столько всего хотел снять, но на это ни за что не хватит времени. Было бы здорово, если бы кто-нибудь экранизировал Новый Завет, «Апокалипсис». Текст уже подойдет в качестве сценария – получился бы полный психодел. Ужасающий Арво Пярт написал бы отличный саундтрек, да и на главную роль есть немало подходящих кандидатур. Например, кто может сыграть  Зверя? Или вавилонскую блудницу? Может, Дональд Трамп? Или Хиллари Клинтон?

– Есть ли такой момент в жизни, который хотелось бы пережить заново? Как в «Дне Сурка».
– Нет. Я счастлив двигаться дальше… «Кому нужны вчерашние газеты?».

– Значит, вы знаете, как не застрять на одном месте… Есть ли у вас девиз, своя коронная фраза, которая всплывала в голове в сложные моменты в жизни?
– Есть. «О-оу».

Текст: Лина Борисова
Фото: Rock shot

Source: Восстать из пепла поп-музыки: интервью с Криспианом Миллсом

Advertisements
Published in: on 06/03/2016 at 22:22  Comments Off on Восстать из пепла поп-музыки: интервью с Криспианом Миллсом  
Tags: , , ,
%d bloggers like this: